Есть полное впечатление, что европейскую (и главным образом немецкую) экономику укусила русская матрешка.
Производитель знаменитых батареек и аккумуляторов, компания Varta, история которой восходит к 1887 году, которая пережила две мировые войны и имела культовый статус в СССР, подала заявление о банкротстве, и 3260 ее работников окажутся на улице.
Один из главных акционеров Varta, компания Porsche AG, из 23 000 сотрудников уволит 8900.
Владелец Porsche AG, концерн Volkswagen, планирует отпустить на вольные хлеба еще 200 тысяч человек, а общий модельный ряд концерна будет урезан на 50 процентов.
Таких уток, яиц и игл со смертью Кощея сейчас в Германии хватит на полное собрание страшных сказок братьев Гримм.
Автомобильная промышленность до недавнего времени считалась основой немецкой экономики и генерировала порядка десяти процентов от ВВП страны, а сейчас ей приходит каюк. Но автопромышленность Германии находится не в одиночестве — каюк приходит ко всем и даже не здоровается.
Как передает специализированное аналитическое издание Blue Lotus Intelligence Brief, «Германия переживает самый тяжелый индустриальный и политический кризис со времени объединения». Это подтверждают официальные данные: например, вчера Федеральная ассоциация немецкой промышленности (BDI) заявила, что Германия каждый месяц (!) теряет около 15000 рабочих мест.
Федеральное агентство по трудоустройству Германии также сообщило, что только за последние двенадцать месяцев производственный сектор страны потерял 177000 рабочих мест. По информации от Немецкого экономического института (IW), занятость в промышленности достигла «самого низкого уровня за последнее десятилетие», а «неплатежеспособность компаний во втором квартале 2026 года достигла пика, которого не было двадцать лет».
Немецкие экономисты прогнозируют, что помимо нынешних сокращений, до конца года в Германии на улице окажутся еще 100 тысяч человек.
Если звезды зажигают, а людей вышвыривают вон — это кому-то и почему-то нужно, и сразу появились версии, почему: выяснилось, что последней каплей для той же Varta стал неожиданный отказ от сотрудничества в пользу китайской компании со стороны американской Apple, что генерировало большую часть выручки компании.
Это отлично легло в официальный европейский нарратив, согласно которому виновниками бед Германии (и всей Европы) являются китайцы, которые душат демпингом, производительностью и инновациями, и американцы, которые душат тарифами и технологической зависимостью.
Самые гадкие, конечно, американцы (с китайцами худо-бедно бы справились через протекционистские меры): европейские ресурсы пестрят публикациями вроде доклада Лондонской школы экономики и политических наук «Как Америка передеиндустриализировала Европу» и лонгрида The Economist «Как Европа зарегулировала себя в вассала США».
Уволенным европейцам объясняется, что американцы придумали так называемый «Акт по снижению инфляции», он же IRA, который предлагает субсидии в сотни миллиардов долларов для зарубежных высокотехнологичных производств, которые будут создавать свою продукцию на территории Соединенных Штатов, и тем самым «прямо способствует деиндустриализации Старого Света».
Одновременно с этим власти США обкладывают Европу разнообразными тарифами, принуждают направлять огромные средства из гражданского сектора на оборону и заодно выкачивают из европейского бизнеса последние деньги за счет созданной монополии на энергоносители.
Например, концерн BASF сообщил, что по сравнению с 2022 годом энергозатраты выросли в три-четыре раза, причем природный газ был для компании не только топливом, но и сырьем, поэтому кратное удорожание углеводородов ударяет по самой архитектуре производства компании. И данная проблема является убийственной для всей преимущественно энергоемкой промышленности Германии — от металлургии до химии.
Как пишет издание The Brussels Times, «что особенно тревожно, так это то, что если в Европе цены на энергию остаются в три-четыре раза выше, чем до энергетического кризиса, то в США стоимость энергии выросла лишь на 20 процентов, а в Азии — и того меньше».
И самый сюрреализм заключается в том, что в Европе ни одно крупное издание или авторитетный источник прямо и честно не называет главную причину кризиса — односторонний разрыв с Россией.
Например, в Германии, где можно сесть в тюрьму за «неправильное мнение», об этом пишут только частные лица — бизнесмены и эксперты, и какие-то маргинальные источники:
«Доля российского газа до 2022 года — 55%, сейчас — менее 5%»;
«Немецкая промышленная модель держалась на трех опорах — дешевом российском газе, китайском спросе и едином рынке ЕС; теперь две из них повреждены, а третья не компенсирует потери»;
«Германией управляет политический класс, который, по-видимому, больше озабочен собственным выживанием, чем кризисами, подтачивающими страну»;
«После нарушения поставок российского природного газа после начала войны в Украине немецкие производители столкнулись со значительно более высокими ценами на электроэнергию и топливо, чем многие международные конкуренты».
Президент России Владимир Путин бесчисленное количество раз заявлял о том, что Европа совершает самоубийство, разрывая связи с Россией. Например, в 2024 году в беседе с немецким канцлером Шольцем Путин выразил сожаление, что отношения России и Германии деградируют из-за недружественного курса германских властей, и отметил, что «Россия всегда четко выполняла свои договорные и контрактные обязательства в сфере энергетики и готова к взаимовыгодному сотрудничеству, если к этому будет проявлен интерес с германской стороны».
Путин был готов протянуть Европе руку, но если в приступе бешенства ее кусают, то финал для кусающего будет всегда один.
Источник: РИА