МОСКВА, 22 июн –. Подмосковная экспедиция Института археологии РАН ведет работы на территории Троице-Сергиевой лавры и Московской духовной академии с 2004 года. За это время были сделаны десятки тысяч различных находок. Какие открытия стали наиболее значимыми? Удалось ли археологам не только дополнить, но порой и опровергнуть прежние представления об истории монастыря? Об этом руководитель экспедиции, заместитель директора Института археологии РАН по науке Ася Энговатова рассказала в ходе круглого стола в международном медиацентре «Россия сегодня».
«По истории Троице-Сергиевой лавры есть многочисленные письменные источники, картины, фотографии, планы, написано немало книг и статей. Что к этому может добавить археология? Мы исследуем культурный слой, находящийся под нашими ногами. Раскопки показывают напластования разного времени — остатки фундаментов, мостовых, погребений, следы пожаров и многое другое. Фактически это страницы истории монастыря, которые очень серьезно дополняют письменные источники», — рассказала она.
Одним из самых ярких открытий археологов стало обнаружение следов древней пахоты на территории лавры, отметила Ася Энговатова.
«Дело в том, что у нас нет изображений монастыря XIV—XV веков, мы не знаем, какой была обитель во времена преподобного Сергия. Археология предоставила нам возможность ответить на этот вопрос. Обнаружены следы от лопат и борозд распашки, которые свидетельствуют, что на этих территориях были огороды и поля — следовательно, здесь люди не жили. Зафиксировав все это на планах, мы выявили невозделанные участки и получили ранний план обители. Она была расположена вокруг Троицкого собора и составляла одну четверть от размера современной лавры», — сообщила она.
По словам Энговатовой, исследования, проведенные вместе с почвоведами, дали возможность установить виды растений, узнать, какими были почвы. Комплекс подполий зданий и ям, в которых хранили припасы, позволил определить планиграфию стоявших здесь зданий и реконструировать плотность застройки на территории монастыря в XV-XVI веках. Много информации дали находки монет и других датирующих предметов.
«В некоторых сгоревших погребах сохранились мешки с зерном. И теперь мы понимаем и видовой состав этого зерна, и как его хранили. Удалось точно определить расположение многих зданий, выявить настилы деревянных мостовых, о чем не сказано ни в одном письменном источнике. Мы видим, из каких пород деревьев строились здания, а методами дендрохронологии возможно точно определить их возраст», — рассказала археолог.
По остаткам зерен в культурном слое установлен реальный рацион питания насельников монастыря, который отличался от данных из письменных источников. В повседневной жизни монахи ели просо, гречиху, овес, яблоки, большое количество разнообразных ягод: малины, земляники, ежевики и даже инжира. На столе было много рыбы, не только крупной, о которой упоминается в документах монастыря, но и мелкой местной рыбы. Эти уникальные сведения о деталях бытовой культуры крайне интересны и делают жизнь людей того времени понятнее», — отметила она.
По словам Энговатовой, исследователи Института археологии РАН совместно с сотрудниками Всероссийского института генетических ресурсов растений им. Н.И. Вавилова планируют восстановить исторический сорт гороха, который был найден при раскопках.
«Мы надеемся, что коллеги расшифруют геном троицкого гороха и возродят его. Тогда можно будет попробовать ту самую гороховую кашу, которая была в XV—XVII веках», — рассказала она.
Важная часть находок археологов связана со знаменитой 16-месячной обороной Троице-Сергиева монастыря (3 октября 1608 — 22 января 1610) от войск Лжедмитрия II. Около 2,5 тысяч защитников — воинов, монахов и крестьян под предводительством князя Григория Долгорукова-Рощи и архимандрита Иоасафа выстояли против польско-литовской армии, сохранив духовный и военный центр сопротивления. После осады из монастыря вышло не более 200 человек.
При раскопках исследователям удалось обнаружить «кущи», о которых упоминается в «Сказании Авраамия Палицына» — более 20 жилых землянок в северо-восточной части монастыря, а также водопровод, по которому в монастырь поступала питьевая вода.
«Об этой героической истории мы знаем по письменным источникам. Но мы установили, что внутри монастыря существовал особый участок, своеобразный «осадный двор», где жили люди, укрывшиеся за стенами монастыря. Небольшие полуземлянки были в кратчайшие сроки возведены из материалов, которые были под руками. Постройки хорошо датированы, в них было сделано большое количество находок. Как только осада была снята, землянки были заброшены и, впоследствии, зарыты. Именно благодаря этому мы получили уникальнейший срез тех знаковых событий и можем понять быт людей в условиях осады», — рассказала Ася Энговатова.
Среди тысяч находок осадного двора — копья, ножи, пули, пулейки, топоры, одежда и обувь защитников, украшения, деревянные и медные сосуды, печи, кухонная утварь.
«Наиболее трогательной лично для меня стала находка в одной из землянок двух практически не ношенных серебряных височных колец. Видно, что эти ювелирные украшения были не потеряны, а бережно спрятаны и остались невостребованными в то трагическое время. Такие находки делают историю живой», — заключила она.
Источник: РИА