МОСКВА, 2 июн , Надежда Сарапина. Планы Украины наладить поставки продовольствия в Венгрию не оправдались: новое правительство ясно дало понять, что благополучием собственных граждан жертвовать не собирается, и восстановило мораторий. Теперь Киев рассчитывает переубедить Будапешт с помощью Еврокомиссии. Как продвигается дело — разбиралось.
Эмбарго перестало действовать 14 мая — в переходный период после парламентских выборов. Теперь запрет продлили. В списке два десятка продовольственных товаров, включая зерно, мясо, яйца, масло, семена.
Это должно защитить местных фермеров. Беспошлинный доступ на европейский рынок дает украинским аграриям сильное ценовое преимущество — им же не требуется соблюдать строгие нормы ЕС производства и контроля сельхозпродукции, что существенно все удешевляет.
Брюссель открыл продовольственный рынок ЕС для Киева в 2022-м. Восточная Европа неоднократно протестовала. Весной 2023-го после волны забастовок Венгрия, Болгария, Словакия, Польша и Румыния в одностороннем порядке запретили ввоз с Украины зерна, фруктов, овощей и молока. ЕК потом удалось договориться с Румынией и Болгарией. Словакия и Польша эмбарго не сняли, а Венгрия его еще и расширила.
И Киев, и Брюссель рассчитывали, что со сменой власти Будапешт смягчит позицию, но этого не произошло. Ведущий депутат Европарламента по торговым отношениям ЕС и Украины Карин Карлсбро выразила «глубокое сожаление» по поводу того, что Венгрия сохранила «незаконный запрет» на импорт.
Киев, как всегда, давит на Брюссель. Еврокомиссия ведет переговоры, пишет украинское издание «Европейская правда».
Формально односторонний запрет — действительно нарушение. «Общая торговая политика при взаимодействии с третьими странами — исключительная компетенция ЕК. Венгрия, Польша и Словакия не вправе применять подобные меры», — говорит юрист, руководитель Дирекции международного сотрудничества РГСУ Динара Янбаева.
Договор о функционировании Евросоюза (TFEU) предоставляет участникам весьма ограниченный набор правовых механизмов для защиты своего рынка в такой ситуации, продолжает эксперт. В частности, допускаются ограничения, связанные с защитой здоровья и жизни людей, животных, растений. На практике это может выражаться в дополнительных фитосанитарных и ветеринарных проверках, а также в усилении требований к стандартам безопасности продукции. Венгрия и Польша частично использовали этот аргумент, указывая на возможное несоответствие украинской продукции стандартам ЕС — к примеру, применение пестицидов и ГМО.
Еще один инструмент — инициирование расследования в случае угрозы для европейских производителей из-за резкого роста импорта, добавляет Янбаева. Однако это не предполагает автоматического моратория. Поэтому с точки зрения права ЕС легальных оснований для полного запрета сельхозтоваров нет, а страны действуют в серой зоне: нарушают принципы Общей торговой политики (ОТП) ЕС, но оправдываются защитой национального аграрного сектора.
И ЕК приходится с этим мириться. Дело в том, что судебный процесс против Варшавы, Будапешта и Братиславы растянется на годы, а в условиях вооруженного конфликта такой спор был бы политически проигрышным: мог бы выглядеть как борьба ЕС против собственных фермеров в интересах Киева, объясняет эксперт.
Мораторий ощутимо бьет по бюджету Киева — Венгрия, Польша и Словакия обеспечивали 15-18 процентов украинского аграрного экспорта в ЕС, отмечает доктор экономики (Ph.D), советник ректора РГСУ Константин Поздняков. Причем основной удар приходится на зерновые, подсолнечное масло и мясо птицы — сектора, где Украина всегда имела ценовое преимущество.
Частично экспорт удалось перестроить: товарные потоки переориентировали на дунайские порты, Румынию и морские маршруты через Черное море. «Но для отдельных производителей, особенно средних хозяйств, работавших с приграничной логистикой, мораторий — прямые потери и необходимость искать альтернативных покупателей», — добавляет Поздняков.
Аграрии западной Европы страдают меньше за счет акцента на высокомаржинальную продукцию, органику и переработку. Украинское зерно и масло конкурируют преимущественно в сегменте массовых товаров, где доминируют восточноевропейские хозяйства. Однако в 2024-м французские фермеры были недовольны украинской курятиной — вдвое дешевле местной. «В то же время западные страны заинтересованы в сохранении транзитных доходов и геополитической поддержке Киева. Для Германии или Франции блокировка украинского экспорта создала бы слишком высокие дипломатические издержки и репутационные риски», — указывает эксперт.
Но эффект эмбарго ограничен. Несомненно, мораторий ослабляет ценовое давление, особенно на рынках зерна и масличных, однако украинская продукция продолжает попадать туда по альтернативным маршрутам (например, через Румынию и Болгарию). При этом сами фермеры ЕС не получают субсидий: мораторий лишь ослабляет конкуренцию. В долгосрочной перспективе это грозит консервацией неэффективности местных производителей, ослаблением стимулов к модернизации, подчеркивает Янбаева. Фундаментально аграрии нуждаются в инвестициях, а не в протекционизме.
И все же ожидать отмены запрета не приходится. По оценкам Позднякова, ущерб для Польши, Словакии и Венгрии в таком случае составил бы 200-400 миллионов евро в год, цены в отдельных сегментах упали бы от восьми до 12 процентов, сократив рентабельность производств. К тому же попытки защитить местных фермеров дают властям политическое преимущество перед конкурентами.
Смягчение возможно лишь при нескольких условиях: квоты на украинский импорт с жестким мониторингом, компенсационные механизмы для аграгриев из бюджета ЕС либо политический торг — уступки Киева по другим вопросам. В ближайшие годы максимум можно рассчитывать на постепенную либерализацию через двусторонние соглашения о контролируемых объемах поставок, считает Поздняков.
Другой вариант — интеграция украинского сельского хозяйства в европейское с выполнением всех норм и требований ЕС.
Источник: РИА