МОСКВА, 30 апр , Давид Нармания. Даже в условиях нерешенного конфликта с Тегераном Вашингтон продолжает внешнеполитическую экспансию. На этот раз в центре внимания США — Индонезия. О том, что задумали в Белом доме, — в материале.
В отношениях с Джакартой решили действовать пряником, а не кнутом. В середине апреля глава Пентагона Пит Хегсет и его индонезийский коллега Шафри Шамсуддин провели переговоры в Вашингтоне.
В коммюнике по итогам встречи указано, что стороны договорились о запуске «масштабного сотрудничества в оборонной сфере». В соответствующем соглашении отмечается, что это партнерство затронет три аспекта: модернизацию вооруженных сил и повышение их потенциала, подготовку и профессиональное военное образование, а также учения и оперативную координацию.
На практике, как отмечает американский портал Military.com, это предполагает совместные тренировки спецназа, реализацию морских и подводных проектов в сфере обороны, а также улучшение обслуживания индонезийской техники.
При этом страны и раньше сотрудничали в сфере обороны. Например, Индонезия с 2009-го принимает у себя многонациональные учения SuperGaruda Shield, в которых ведущую роль играют США. В 2022-м список участников расширился — добавились Австралия, Великобритания, Франция, Канада, Германия, Нидерланды, Бразилия, Новая Зеландия, Южная Корея и Сингапур. Более того, по словам Хегсета, вооруженные силы США и Индонезии ежегодно участвуют более чем в 170 военных учениях. Но теперь эти контакты получат новый импульс.
Однако Вашингтону удалось добиться реализации далеко не всех планов. Еще за день до встречи индонезийские власти сообщали, что стороны обсуждают возможность открытия воздушного пространства для американских военных самолетов в ночное время по уведомлению, без согласования в каждой отдельной ситуации. СМИ писали, что президент Индонезии Прабово Субианто поддержал это предложение, однако позже в Джакарте уточнили: вопрос еще прорабатывается.
Пока, как подчеркнул пресс-секретарь военного ведомства Индонезии Рико Рикардо Сирайт, речь идет о письме о намерениях, инициативу нужно тщательно проработать, а об итоговой сделке говорить еще рано.
«Контроль и надзор над воздушным пространством Индонезии принадлежит исключительно индонезийским властям», — добавил Сирайт.
Джакарта старательно подчеркивает собственный суверенитет и равноудаленность от сторон в противостояниях России и Китая с Западом. Даже визит министра обороны Шафри Шамсуддина в Вашингтон день в день совпал с поездкой президента страны Прабово Субианто в Москву. С Владимиром Путиным они обсуждали развитие торговли и сотрудничества в таких сферах, как энергетика, космос, сельское хозяйство, промышленная кооперация и фармацевтика.
При этом еще в июне прошлого года стороны приняли Декларацию о стратегическом партнерстве, а в декабре Индонезия подписала соглашение о свободной торговле со странами — членами ЕАЭС.
Больше того, в военной сфере Москва и Джакарта также укрепляют связи. В ноябре 2024-го в Яванском море прошли совместные военно-морские учения «Орруда». Уже в этом году аналогичные маневры запланированы в акватории у российских берегов. Также в 2024-м от Индонезии поступила заявка на поставку вооружений. Эти связи Россия сумела сохранить еще со времен распада СССР.
И если Джакарта стремится не полагаться на какой-то один полюс силы, то устремления Вашингтона в данной ситуации куда более прозаичны — он стремится взять под контроль одну из ключевых артерий мировой торговли, жизненно необходимую Китаю.
«Соединенные Штаты рассматривают Малаккский пролив как ключевой узел своей Индо-Тихоокеанской стратегии и укрепляют военное присутствие и возможности по навязыванию собственных правил. ВМС США планируют создать новую военную базу на австралийских Кокосовых островах для проецирования военной мощи в проливе, заявляя о цели сдерживания Китая и усиления контроля над водными путями», — отмечает в статье на сайте дискуссионного клуба «Валдай» директор Шанхайского центра стратегических и международных исследований RimPac Пэн Бо.
Важность Малаккского пролива для Пекина сложно переоценить. Через него проходит 80% импорта сырой нефти в Китай, около трети всей внешней торговли КНР и 60% всего морского товарооборота страны.
«США стремятся превратить архитектуру безопасности в инструмент сдерживания Китая и доминирования на морских маршрутах Азиатско-Тихоокеанского региона, — пишет Пэн Бо. — Они стремятся к абсолютному господству в вопросах правил судоходства, а также координации действий в сфере безопасности и реагирования на чрезвычайные ситуации».
При этом интересы американцев не ограничиваются исключительно этим «узким местом», имеющим критическое значение для мировой торговли.
Еще в инаугурационной речи Дональд Трамп обещал вернуть Панамский канал под контроль Вашингтона. Правда, пока это не получилось: сделка с участием BlackRock по покупке двух ключевых портов — Бальбоа и Кристобаль — до сих пор висит в воздухе.
Следующей локацией, на которую обратили внимание в Вашингтоне, стал Ормуз. Однако и здесь, как показывают результаты операции «Эпическая ярость», добиться нужных результатов не удалось.
И конечно, в контексте отношений с Китаем особое внимание США уделяют Тайваньскому проливу.
В случае с Индонезией и Малаккским проливом США вынуждены действовать осторожно. Но очевидно, что Белый дом пытается взять под контроль очередную жизненно важную артерию мировой торговли. Вероятно, в Вашингтоне рассчитывают, что именно физический доступ к критически важным проливам может стать козырем в разворачивающемся противостоянии глобальных держав.
Источник: РИА