Российские военные при обновлении списка приоритетных целей на случай конфликта учтут планы Франции по размещению ядерного оружия на территории неядерных стран Европы, заявил в интервью замглавы МИД РФ Александр Грушко. Высокопоставленный дипломат также рассказал о том, чем обернется для экономики Евросоюза кризис вокруг Ирана, и предупредил об ответных действиях Москвы на вызовы НАТО в Арктике.
– Как в Москве восприняли заявление президента Франции Эммануэля Макрона о намерении увеличить количество ядерных боеголовок? Насколько это является серьезной угрозой?
– Заявление президента Франции Эммануэля Макрона о планах по реализации инициативы некоего «передового сдерживания», предполагающего наращивание национального ядерного арсенала и развертывание элементов ядерных сил Франции на территории ее союзников, было воспринято нами со всей серьезностью. Соответствующий анализ дан в комментарии официального представителя МИД России Марии Захаровой от 4 марта 2026 года. Дестабилизирующая природа обозначенных намерений очевидна. Для нас это, прежде всего, означает увеличение совокупного ядерного потенциала НАТО, составной частью которого являются и французские ядерные силы – как в Елисейском дворце ни пытались бы уверять весь мир в их «автономности» и какие противоречия ни сотрясали бы сегодня западный лагерь.
Вполне очевидно и то, кому адресована ядерная риторика Парижа и против кого направлены его практические действия в этой сфере. Стоит отметить, что подобные замыслы вынашиваются на фоне масштабной милитаризации европейского континента, одним из главных идейных вдохновителей которой, как мы знаем, является нынешнее французское руководство. Представляя обновленную ядерную стратегию, Эммануэль Макрон в который уже раз заявил, что Россия создает «основные риски для Европы». В обновленной в 2025 году стратегии национальной безопасности наша страна обозначена как «экзистенциональная угроза» для Франции и Европы.
Французские власти подают дело так, будто их доктрина «продвинутого ядерного сдерживания», предусматривающая, в частности, отказ от транспарентности в отношении количества ядерных боеголовок и возможность размещения ядерного оружия на территории других государств ЕС и НАТО, будет способствовать укреплению безопасности Франции и ее союзников. В действительности, они наносят еще один удар по региональной и глобальной безопасности, генерируя дополнительные стратегические риски и стимулы для новой гонки ядерных вооружений. Пытаясь создать для других, как выражается Эммануэль Макрон, «стратегическую неопределенность», они неизбежно создают ее и для самих себя. Все возникающие в связи с этим потенциальные угрозы для нашей страны будут учитываться в рамках стратегии развития российских сил ядерного сдерживания.
– Какова позиция России в связи с планами восьми европейских стран, в том числе Польши и Швеции, присоединиться к новой ядерной доктрине Франции за счет размещения французских стратегических бомбардировщиков на их территории?
– Новые доктринальные подходы Франции во многом напоминают практикуемое Вашингтоном в АТР «расширенное ядерное сдерживание», открыто постулируются в качестве «подспорья совместным ядерным миссиям» НАТО. Подобные шаги укладываются в общее русло провокационной деятельности стран НАТО в военно-ядерной сфере, направленной против нашей страны.
Ранее о наращивании своих ядерных потенциалов было объявлено Великобританией, и также под антироссийскими лозунгами. Это уже само по себе ведет к раскручиванию гонки вооружений, что не только не соответствует целям ДНЯО, но и прямо расходится с непосредственными обязательствами по данному договору.
При этом, помимо ничем не ограниченного развития Лондоном и Парижем собственных возможностей в ядерной сфере, происходит тиражирование схем вовлечения формально неядерных государств Европы в алгоритмы потенциального применения ядерного оружия по России и ее союзникам. Иными словами, речь идет о расширении внутри альянса европейского ядерного компонента в целях подкрепления схем коллективного задействования американского ядерного оружия, развернутого в Европе.
С учетом того, что уже в этом месяце стартует очередная Обзорная конференция ДНЯО, подобные действия стран НАТО приобретают оттенок откровенного цинизма, деструктивного для договора.
Бесконтрольное наращивание общенатовского ядерного потенциала потребует с нашей стороны тщательного учета в собственном военном строительстве и планировании. Приготовления западных стран несут для нас прямую угрозу стратегического порядка. При этом не могу не акцентировать аспект, связанный с анонсированной возможностью ядерных сил Франции рассредоточиваться по объектам на территориях неядерных государств Европы, откуда они смогут продолжать свою оперативную деятельность. Очевидно, что наши военные будут вынуждены уделить этому моменту самое пристальное внимание в контексте обновления перечня приоритетных целей на случай серьезного конфликта. В результате вместо декларируемого французами усиления защиты их союзников, которым они, кстати, никаких железобетонных гарантий не обещают, по факту происходит ослабление безопасности этих стран.
Кроме того, происходящее в очередной раз убеждает нас в том, что в ходе любого потенциального диалога по контролю над ядерными вооружениями – в случае, разумеется, формирования для него надлежащих условий – предстоит адекватно учитывать фактор совокупного потенциала Североатлантического альянса, который сам объявил себя «ядерным» и включает ядерные потенциалы США, Великобритании и Франции, помноженные на коэффициент содействия со стороны неядерных союзников в рамках эволюционирующих схем «совместных ядерных миссий» и «расширенного сдерживания».
– Какова вероятность того, что европейские страны, такие как Франция, Великобритания и Кипр, могли бы быть втянуты в противостояние США и Израиля с Ираном? Насколько большую опасность представлял бы затяжной конфликт на Ближнем Востоке для европейских стран?
– Неспособность Евросоюза согласовать конкретные меры по совместному реагированию на текущую эскалацию на Ближнем Востоке, за исключением санкционного давления на Тегеран, готовность задействовать развернутые в непосредственной близости от Ормузского пролива военно-морские операции «Аспидес» и «Аталанта» для обеспечения свободы судоходства только после прекращения боевых действий – все это говорит о том, что Брюссель в ситуации вокруг Ирана по сути остается наблюдателем. При этом видно и то, что ЕС не хочет оказаться втянутым в войну на два фронта. Но основная ставка по-прежнему делается на урегулирование без отказа от ультимативных требований к Тегерану (соблюдение прав человека, сворачивание ракетной и ядерной программ, «прекращение военной поддержки России»).
Нарушение транзита через Ормузский пролив, ущерб объектам энергетической инфраструктуры и в целом кризис вокруг Ирана уже оказывают влияние на экономику Евросоюза. В частности, по комментариям самих же есовцев, блок может столкнуться с «стагфляционным шоком» (одновременным замедлением экономического роста и ускорением инфляции). Прогноз по экономическому росту ЕС на 2026 год уже пересматривается в сторону понижения: с 1,4% до 0,8-1%, а по инфляции – в сторону повышения: с 2,1% до 3,1%.
При этом основной вызов для Европы на данном этапе представляют рост мировых цен на энергоресурсы и связанные с этим экономические издержки. Так, на фоне конфликта вокруг Ирана (по данным самой Еврокомиссии) рост цен на газ в Европе составил 70%, на нефть − 60%, в связи с чем дополнительные расходы ЕС на закупку ископаемого топлива составили 14 миллиардов евро. При текущем уровне цен восполнение объемов «голубого топлива» накануне очередного отопительного сезона может создать серьезную нагрузку на бюджет стран ЕС.
Кроме того, непростая ситуация для Брюсселя складывается и на рынке дизельного и авиатоплива. После начала конфликта стоимость дизеля и авиационного керосина в Европе выросла более чем в два раза и достигла исторического максимума, превысив 1 600 долларов США за тонну и 1 900 долларов США за тонну соответственно. Отдельные европейские авиакомпании начали сокращать интенсивность полетов.
Учитывая курс ЕС на отказ от торгово-экономического и энергосотрудничества с нашей страной, нынешний ближневосточный кризис с большой долей вероятности усугубит имеющиеся структурные проблемы Евросоюза в сферах экономики и энергетики, усилит зависимость от основного поставщика энергоресурсов – США. Пока на все вопросы у Еврокомиссии только один ответ: повсеместная экономия. По итогам внеочередного неформального заседания Совета ЕС по энергетике 31 марта текущего года профильный еврокомиссар Дан Йоргенсен порекомендовал жителям Европы в очередной раз потуже затянуть пояса: экономить топливо, переходить на удаленную работу, отказываться от авто- и авиатранспорта. Но здесь европейцы могут винить только себя. Отказавшись от российских энергоносителей, страны ЕС сами поставили себя в весьма уязвимое положение.
– Прорабатывает ли Россия в контактах с Турцией совместные меры по обеспечению безопасности газопроводов «Турецкий поток» и «Голубой поток» после сообщений о попытках Украины совершить диверсии на инфраструктуре?
– Турция – наш важный партнер, серьезный региональный и международный игрок. Российско-турецкое сотрудничество в энергетической сфере носит по-настоящему стратегический характер. Реализуются многомиллиардные контракты в сфере газовой и ядерной энергетики. Уверенно работают российско-турецкий газопровод «Голубой поток», а также газопровод «Турецкий поток», обеспечивающий надежное энергоснабжение не только Турции, но и потребителей в ряде стран Европы.
С учетом продолжающихся террористических атак киевского режима на газотранспортную инфраструктуру, по которой идут поставки газа в Турцию по дну Черного моря, неоднократно призывали наших турецких партнеров направить четкие отрезвляющие сигналы на этот счет украинской стороне и потребовать от нее пресечь подобные акты агрессии и гарантировать их недопущение в будущем. Исходим из того, что прекращение террористических вылазок киевской военщины, прежде всего, отвечает интересам самой Турции как крупного потребителя российского газа.
– Еврокомиссия заявила о запрете выдачи гражданам России многократных шенгенских виз в страны Европейского союза и ужесточении проверок новых заявлений. Считает ли Москва необходимым сокращение числа европейских дипломатов?
– Ужесточение Евросоюзом правил выдачи россиянам многократных шенгенских виз является очередным проявлением дискриминации по национальному признаку, элементом продвигаемой Брюсселем культуры отмены всего русского, демонстрацией есовского лицемерия и двойных стандартов. Жертвами подобных действий еврочиновников становятся простые россияне. Очевидно, что бравурные речи представителей евроинститутов о «продвинутости» европейской цивилизации на практике расходятся с делом. Евросоюз окончательно дискредитировал себя как защитника прав и свобод человека.
Со своей стороны закрывать границы для европейских граждан или ограничивать их въезд в Россию не планируем. Считаем, что человеческие контакты, туризм, деловые и гуманитарные связи должны сохраняться. Наша страна заинтересована в налаживании мостов между людьми, вопреки всем усилиям Евросоюза эти мосты разрушить.
То же самое касается и дипломатических контактов. Убеждены, что в новой ситуации есть место дипломатии, нацеленной на поиск решений, реально учитывающих взаимные озабоченности и ориентированных на поиск баланса интересов как в сфере безопасности, так и в экономике.
Рассматриваем политику официального Брюсселя по сокращению российского дипломатического присутствия на территории ЕС как дискриминационную меру, представляющую собой прямое нарушение Венской конвенции о дипломатических сношениях. Разумеется, подобные действия не остаются без должной реакции с нашей стороны.
– Со стороны НАТО неоднократно звучали угрозы в отношении морских коммуникаций и притязания на ресурсы в Арктике. Каким может быть наш ответ на эти действия?
– В настоящий момент Североатлантический блок активно прорабатывает пути наращивания боевого потенциала и расширения присутствия на ключевых географических направлениях и во всех операционных средах. Особенно рьяно в этом отношении осваивается Балтийско-Скандинавский регион, который рассматривается натовцами в качестве наиболее вероятной зоны противостояния с Россией.
Активность НАТО, развернутая на Балтике, создает серьезные угрозы международному судоходству и экономической деятельности. На данный момент в этой акватории действует группировка ОВМС НАТО в составе 1-й Постоянной военно-морской и 1-й Постоянной противоминной группы военных кораблей. В январе 2025 года была запущена операция альянса «Балтийский часовой», истинная задача которой заключается в установлении контроля над международными транспортными маршрутами и ограничении грузоперевозок, осуществляемых в интересах России. В этом контексте принимаются решения о размещении дополнительной военной инфраструктуры и сил на острове Готланд, который находится в сердце Балтийского моря. Кроме того, растет активность и ведомых Великобританией Объединенных экспедиционных сил (ОЭС), в задачи которых входит оперативное реагирование в зоне Крайнего Севера, Северной Атлантики и Балтийского моря. В ходе учений под эгидой ОЭС отрабатываются в том числе такие сценарии, как морская блокада и захват Калининградской области. НАТО целенаправленно идет по пути усиления конфронтации в этой части Европы.
Что касается Арктики, то здесь складывается аналогичная ситуация. Североатлантический блок последовательно концентрирует в высоких широтах свои силы и средства, активизирует учения с отработкой различных сценариев в условиях низких температур, в том числе вблизи Арктической зоны Российской Федерации и Северного морского пути. В целях противодействия угрозам, якобы исходящим со стороны России, а также ожидаемому проникновению и закреплению в Заполярье Китая альянс запустил миссию «Арктический часовой», срок завершения которой не определен.
Наши ответные действия на эти вызовы не заставят себя ждать. У нас достаточно возможностей, чтобы своевременно и адекватно реагировать на возникающие со стороны НАТО угрозы нашей безопасности и интересам.
Источник: РИА