Россия выступает за поддержание мира и стабильности в «высоких широтах« и заинтересована наладить работу профильной международной структуры, занимающейся экологическими и экономическими вопросами арктического региона, заявил в интервью директор департамента европейских проблем МИД РФ, старшее должностное лицо от России в Арктическом совете Владислав Масленников. Он также рассказал о том, как желание США получить контроль над Гренландией повлияет на развитие Северного морского пути, и объяснил, почему Россия опасается милитаризации западными странами Заполярья.
– Насколько справедливо говорить, что Арктика сегодня стала ареной противостояния России и Запада?
– В Арктике явно ощущается не только глобальное потепление, но и политическое похолодание. Налицо отход западных арктических государств от давнего принципа «высокие широты – низкая напряженность». C подачи западных стран и блока НАТО в регионе нарастает военно-политическое противостояние, появляются новые вызовы и угрозы, увеличивается интенсивность и размах учений альянса, приобретающих все более наступательный и агрессивный характер, к участию в них все чаще привлекаются внерегиональные страны. Активно используются нелегитимные санкционные меры, нацеленные помешать развитию российской Арктики и международному взаимодействию на Севере в целом. В подходах западных государств теперь превалируют установки на противоборство и силовые сценарии обеспечения своих интересов.
Все это, естественно, ведет к общей дестабилизации ситуации в Арктике, превращению ее в арену геополитической борьбы. Однако напряженность в высоких широтах растет не только между Западом и Россией, но и внутри западной коалиции, что отчетливо продемонстрировала ситуация вокруг Гренландии. Привнося в регион конфронтационные и неоколониальные подходы, наши «партнеры» противопоставляют себя не только нам, но и всем другим странам, которые нацелены на поддержание мира и стабильности в Заполярье и конструктивное взаимодействие на основе международного права и взаимного уважения интересов друг друга.
– Как в Москве оценивают работу Арктического совета в текущей геополитической ситуации? Можно ли ожидать в ближайшее время полноформатного возобновления работы совета, включая встречи на министерском уровне? Какие проекты межрегионального сотрудничества в Арктике сегодня на повестке дня и насколько конструктивно идет работа по ним в совете?
– На фоне общей деградации региональных форматов взаимодействия Арктический совет остается, по сути, единственной сохранившейся многосторонней структурой на Севере, востребованной для выработки консолидированных решений в сфере охраны окружающей среды Заполярья, защиты интересов и культурного наследия коренных народов, продвижения науки. Функционирует он, к сожалению, «на низких оборотах» и в основном на экспертном уровне. Четыре года «заморозки» его полноформатной деятельности, безусловно, негативно сказались на проектной деятельности его рабочих групп.
Россия как крупнейшая арктическая держава неизменно сохраняет нацеленность на поддержание мира и стабильности в высоких широтах и поэтому заинтересована в налаживании конструктивного взаимодействия в рамках Арктического совета. Не мы прекращали сотрудничество в этой структуре, не мы прерывали контакты. Получится ли совету преодолеть нынешний период стагнации, целиком и полностью зависит от наших западных соседей по региону и, в частности, действующего председателя в Арктическом совете – Дании, которая сейчас оказалась в эпицентре кризиса Североатлантического альянса.
Арктическому совету в этом году исполняется 30 лет. Однако вместо подведения итогов впору задуматься о судьбе организации. Текущее руководство совета (председатель комитета старших должностных лиц – гренландец, его заместитель – фаререц, старшее должностное лицо в Арктическом совете – датчанин) неоднократно заявляло на различных площадках о том, что говорить о возврате к полноформатной работе совета, включая министерские сессии, пока не приходится. Однако отсутствие нормального сотрудничества в рамках Арктического совета ведет к подрыву доверия и нездоровому мифотворчеству о якобы «угрозах» региону со стороны России и Китая. А ими, в свою очередь, оправдывается милитаризация Арктики Западом.
Вместе с тем мы видим заинтересованность других стран-членов организации в сохранении ее в полном составе и подтверждении прежних целей, готовности продолжать проектную работу, что дает некоторый повод для осторожного оптимизма. Собственно, эта заинтересованность была подтверждена в совместном заявлении, принятом на 14-й сессии Арктического совета в мае 2025 года. Хотя, конечно, трудно сотрудничать в области экономики и экологии, направив друг на друга оружие. Посмотрим, как будут развиваться события. Со своей стороны прикладываем усилия для восстановления прежнего уровня и содержания взаимодействия в совете, руководствуясь, в первую очередь, национальными интересами Российской Федерации.
– Поддерживает ли Россия прямые контакты с Данией как председателем Арктического совета в связи с обвинениями в адрес России в том, что она вместе с Китаем якобы пытается «захватить« территорию Гренландии? Идут ли власти в Копенгагене на диалог? А в Нууке?
– В последние дни из Москвы прозвучали конкретные сигналы: президент Российской Федерации Владимир Путин сказал, что «нас это не касается совершенно – то, что с Гренландией происходит». Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров заявил, что никакого отношения к планам захватить Гренландию мы не имеем. Таких планов не было и нет ни у нас, ни у китайских коллег. Россия не имеет отношения к текущему кризису вокруг Гренландии, основания для обсуждения Россией данного сюжета с Данией отсутствуют. Тем более по линии Арктического совета, который, согласно учредительным документам, не занимается вопросами военной безопасности. У нас есть регулярные контакты с председательством Дании в Совете по повестке дня организации, но, конечно же, не по статусу Гренландии.
В целом «гренландский кризис» стал очевидным результатом спровоцированной западными странами глубокой эрозии международно-правовых устоев глобальной архитектуры безопасности, наглядно продемонстрировав несостоятельность выстраиваемого Западом «миропорядка, основанного на правилах».
Среди стран НАТО уже вошло в привычку абсурдным образом оправдывать практически любые свои действия якобы исходящими со стороны России и КНР угрозами. При этом именно Североатлантический альянс продолжает безрассудно наращивать свое военное присутствие в Арктике, особенно со вступлением в него Финляндии и Швеции, провоцируя рост напряженности в этом некогда спокойном регионе. Власти Дании, к слову, уже заявили об отсутствии непосредственной угрозы со стороны России или Китая.
– Видит ли Москва угрозу своим экономическим интересам в Арктике из-за желания Вашингтона взять под контроль Гренландию? Как вы оцениваете риски того, что наращивание военного присутствия стран НАТО в Гренландии и вокруг нее окажет негативное влияние на гражданское судоходство в Арктике, в том числе по Северному морскому пути?
– Как известно, границы Северного морского пути (СМП) проходят достаточно далеко от Гренландии – от Карских Ворот на западе до Берингова пролива на востоке. Говорить о непосредственном влиянии ситуации вокруг этого острова на развитие транспортно-логистических маршрутов на севере нашей страны на данном этапе не приходится. Кроме того, внешнеэкономическое взаимодействие России в Арктике, в том числе по тематике Севморпути, в обозримой перспективе будет развиваться, в первую очередь, с азиатскими партнерами, географически расположенными совсем в другой стороне, чем Гренландия.
В целях обеспечения устойчивого социально-экономического развития Заполярья, повышения качества жизни на Севере, сохранения природной среды, культурного наследия и традиционного образа жизни коренных народов Российская Федерация как крупнейшая арктическая держава всегда выступала и выступает за поддержание мира и стабильности в высоких широтах, создание максимально благоприятных условий для реализации перспективных инфраструктурных, добычных и иных востребованных проектов в Арктике. Снижение общего конфликтного потенциала в регионе, приверженность международному праву и поиск политико-дипломатических развязок по любым возникающим вопросам – важнейшие составляющие успешной работы на этом направлении.
Если говорить об акватории СМП, то, кроме России, ни одно другое государство не имеет прямого выхода к этой транспортной артерии. Российская Федерация принимает необходимые меры для обеспечения своих суверенных интересов в Арктической зоне, в том числе военно-технического характера. Данная деятельность не направлена против других государств и полностью соответствует положениям международного права. При этом наша страна будет и далее твердо отстаивать свои позиции в регионе. Любые попытки игнорирования национальных интересов России в Заполярье, особенно в сфере безопасности, не останутся без ответа.
– Как ситуация вокруг Гренландии повлияет на участие внерегиональных стран в реализации арктических проектов в сфере логистики, научных исследований и разработки месторождений полезных ископаемых?
– Известно, что Арктика – весьма богатый регион. Здесь сконцентрированы значительные залежи минерального сырья, в том числе критически важных ископаемых, обширные запасы биологических ресурсов. Заполярье обладает уникальными природно-климатическими особенностями, что важно для научно-исследовательской деятельности, в том числе изучения Мирового океана, предоставляет широкие транспортно-логистические возможности, которые наша страна активно осваивает, развивая Северный морской путь и Трансарктический транспортный коридор. Соответственно растет и международный интерес к кооперации с Россией на Севере, в том числе по СМП.
При этом важно понимать, что международные проекты в Арктике требуют серьезных долгосрочных инвестиций и в первую очередь должны основываться на реальных экономических расчетах. Наши внерегиональные партнеры прекрасно умеют считать свои деньги и анализировать риски. Сегодня все больше стран с учетом геополитических вызовов стремятся диверсифицировать свои торговые маршруты. Севморпуть в этом плане – весьма привлекательная альтернатива традиционным межконтинентальным трассам, выгодно отличающаяся более коротким логистическим «плечом», безопасностью и экологичностью.
В свою очередь, мы открыты для взаимовыгодного сотрудничества по вышеперечисленным темам с ответственными партнерами, прежде всего, из числа стран мирового большинства.
Источник: РИА