МОСКВА, 7 апр , Давид Нармания. Президент США вынужден действовать в условиях цейтнота. Операция «Эпическая ярость» продолжается без малого полтора месяца, и через пару недель придется согласовывать боевые действия с конгрессом. Между тем Тегеран отклоняет все ультиматумы. В ответ хозяин Белого дома грозит Ирану армагеддоном. О том, к чему это все может привести, — в материале.
«Сегодня ночью погибнет целая цивилизация, и ее уже никогда не удастся вернуть. Я не хочу, чтобы это произошло, но, вероятно, так и будет», — написал Трамп в Truth Social сразу после ударов американо-израильской коалиции по острову Харк — главному иранскому нефтяному хабу в Персидском заливе, через который проходит до 90% нефтяного экспорта исламской республики.
Двадцать первого марта президент США потребовал открыть Ормузский пролив. Спустя несколько дней направил Тегерану план урегулирования из 15 пунктов. Потом было еще несколько подобных заявлений. И вот заканчивается срок последнего ультиматума.
На пресс-конференции в понедельник он уточнил: дедлайн — 7 апреля в 20:00 по Вашингтону (03:00 8 апреля по Москве). В случае отказа — «день электростанций и мостов». То есть таковы цели новых авиационных и ракетных ударов.
Глава МИД Ирана Аббас Аракчи расценил это как признание в военных преступлениях.
Официально 15 пунктов, на которых настаивает Трамп, не разглашались. Однако главное известно: отказ Тегерана от ядерной и ракетной программы, прекращение поддержки союзников в регионе, открытие Ормузского пролива.
Иранские власти отрицали переговоры с США, хотя Трамп утверждал, что дипломатические контакты сохраняются. В понедельник в Тегеране сообщили, что ответили Вашингтону через Пакистан.
Там десять пунктов, утверждают иранские информагентства. Прежде всего: никакого перемирия. Выдвигаются встречные требования: полное прекращение боевых действий, отказ от ударов по «Хезболле» в Ливане, снятие санкций, предоставление прочных гарантий мира.
По данным The New York Times, речь также идет об Ормузском проливе. Блокада снимается, но проход каждого танкера — два миллиона долларов. Деньги Иран делит с Оманом, расположенным на другом берегу.
Трамп назвал это предложение существенным, но недостаточно хорошим. И теперь весь мир следит за тем, как он поступит дальше. Ведь время заканчивается не только у Тегерана.
В соответствии с Конституцией США, войны объявляет конгресс. Вместе с тем у президента, как у верховного главнокомандующего, есть право использовать вооруженные силы для защиты национальных интересов. Резолюция о военных полномочиях, принятая в 1973-м, ограничивает это сроком в два месяца.
Формально Вашингтон никому не объявлял войну со времен Второй мировой. Но боевые действия все равно приходилось согласовывать с конгрессом. Так было, например, при вторжении в Афганистан и Ирак.
Двухмесячный срок подходит к концу, и Белый дом спешит. Если не успеть, то в конгрессе возникнут сложности. Этим и объясняется желание Дональда Трампа поскорее заключить сделку.
По мнению политолога-американиста Малека Дудакова, добиться одобрения дальнейших боевых действий в конгрессе действительно очень сложно.
«В середине апреля законодатели вернутся из пасхального отпуска. Какого-то особого настроя продолжать войну среди них я не вижу. Демократы планируют блокировать выделение 200 миллиардов долларов Трампу на этот конфликт», — отметил он в беседе с.
Поэтому президент пытается активизировать боевые действия и накалить обстановку.
Однако к концу апреля, убежден он, конфликт в любом случае придется завершать.
Причин для этого хватает — война не пользуется популярностью у населения. По данным соцопроса, проведенного The Economist и YouGov в конце марта, 59% американцев выступают против боевых действий и лишь 28% поддерживают. Причем число сторонников операции «Эпическая ярость» за две недели ощутимо снизилось.
Что касается наземного вторжения, против — 62% респондентов. И даже среди тех, кто за республиканцев, — 37%.
Помимо неясных целей и неубедительных путей их достижения, сказываются и экономические издержки. Бензин продолжает дорожать, и сама операция очень недешевая. Оценки разнятся. The Financial Times приводит оценки Элейн Маккаскер, старшего научного сотрудника Американского института предпринимательства, ранее занимавшей пост в финансовом управлении Пентагона и ВМС США: от 22,3 до 31 миллиарда долларов. Это и стоимость развертывания дополнительных сил на Ближнем Востоке, и ущерб от потери и ремонта оборудования и техники. По мнению Марка Кансиана из Центра стратегических и международных исследований, один день войны обходится в более скромные полмиллиарда. А портал Iran War Cost Tracker считает, что на конфликт уже потратили более 44 миллиардов долларов налогоплательщиков.
Ситуацию осложняют и политические скандалы — в частности, увольнение начальника штаба сухопутных сил США Рэнди Джорджа по решению Пита Хегсета многие в Пентагоне сочли атакой на военную элиту. Более того, как сообщает Axios, демократы в палате представителей готовят инициативу об отставке министра войны.
Для этого потребуется две трети голосов, поэтому шансов на успех немного. Однако положение у команды Трампа и без того непростая.
Все это способно подтолкнуть Белый дом к радикальным шагам.
Если же худшие опасения не подтвердятся, итог войны может быть парадоксальным: США, обладающие кратно превосходящей мощью, не добьются своих целей, а Иран, несмотря на колоссальный ущерб, понесенный во время боевых действий, и потери в высшем руководстве, получит контроль над Ормузским проливом и дополнительный источник дохода. Это было бы болезненным поражением Вашингтона.
Источник: РИА