МОСКВА, 9 янв , Виктор Званцев. Ровно 30 лет назад террористы под руководством Радуева напали на дагестанский Кизляр, захватив родильное отделение больницы. После переговоров с властями боевики обменяли женщин и детей на депутатов и журналистов, а также согласились покинуть республику. Однако нарушили условия и вторглись в село Первомайское. О том, как оттуда выбивали бандитов, — в материале.
В начале января 1996-го у федеральных войск уже была оперативная информация, что боевики Салмана Радуева готовят нападение на Кизляр. Когда утром девятого числа вооруженные до зубов террористы показались возле вертолетной части, их там уже ждали. Получив серьезный отпор, бандиты отступили и, как часто бывает, решили ударить по гражданским — захватили родильное отделение горбольницы, расположенной неподалеку от вертолетной площадки.
Тем более что годом ранее другой полевой командир, Шамиль Басаев, проделал нечто подобное: захватил родильное отделение в больнице Буденновска. Более того, террористу со свитой удалось улизнуть. Позже за эту «акцию» он получил прозвище Гинеколог.
Радуев, вероятно, хотел повторить сценарий «коллеги» и даже выступил в эфире местной радиостанции, объявив, что «в город пришли волки и не уйдут, пока Россия не выведет федеральные войска с территории Чеченской Республики и всего Северного Кавказа». Требования подкреплялись захватом трех тысяч женщин и детей.
Переговоры шли почти сутки, и на следующий день террористы все же согласились обменять заложников на местных депутатов, журналистов и других горожан. В их сопровождении боевики планировали покинуть территорию Дагестана и укрыться в соседней Чечне. Однако уже возле границы Радуев изменил планы и, вопреки договоренностям, не высадил заложников из автобусов.
Военные опасались открывать огонь и пытались остановить колонну, сделав предупредительный выстрел с вертолета. Радуев же развернул автобусы и остановился в селе Первомайском, всего в 800 метрах от границы с Чеченской Республикой. По пути он также захватил нескольких дежуривших на блокпосту омоновцев.
Вскоре к Первомайскому стянули представителей почти всех силовых структур: СОБРа, ФСБ, Службы безопасности президента, части 58-й армии и внутренних войск МВД, а также 136-ю мотострелковую бригаду.
«В середине декабря 1995-го после 15-месячной командировки в Чечню мы вернулись на базу в Балашиху, — рассказывает Герой России, бывший командир отряда специального назначения «Витязь» внутренних войск МВД полковник в отставке Александр Никишин. — Нам предоставили отдых до середины марта, но 9 января всех подняли по тревоге. И уже через два часа отряд был в аэропорту Чкаловский».
На совместном совещании замминистра МВД Павел Голубец предложил, как многим показалось, самый продуманный сценарий предстоящего штурма и взял общее руководство на себя.
«Террористы очень профессионально укрепили все дома и руками заложников вырыли окопы, — вспоминает Никишин. — На подходе к селу простреливался буквально каждый метр. Причем их снайперы специально использовали малокалиберные винтовки 5,6 миллиметра. Когда такая пуля попадает, например, в колено, требуется много сил и времени, чтобы вытащить раненого бойца с поля боя».
Так, например, замкомандира «Витязя» подполковник Никитенко вместе с несколькими бойцами пошел в разведку и, немного углубившись внутрь села, попал в засаду. Рядовой Дмитрий Евдокимов получил серьезное ранение, после чего сослуживцы уложили его на плащ-палатку и под шквальным огнем ползком протащили два километра по вязкой грязи. Бойца доставили в госпиталь, но спасти не смогли.
«В первый день, когда мы проводили рекогносцировку местности, командир первой роты Буйнакской бригады предложил неплохой вариант: подобраться к переднему краю с помощью ирригационных сооружений, — рассказывает бывший командир «Витязя». — Как только в небо поднялись вертолеты и начали обстреливать село, мы двинулись вперед. За несколько часов боя у нас ранили шестерых, но мы все же заняли дорогу, разделяющую Первомайское пополам, и закрепились на ней».
В Первомайское пытались прорваться и другие штурмовые группы, но боевики слишком хорошо укрепились. К тому же подобраться к передней линии обороны можно было лишь через двухкилометровое поле, которое простреливалось насквозь.
«Ночи тогда стояли очень холодные, — говорит спецназовец. — Чтобы хоть немного согреться, спали на резиновых ковриках, варили бульон из куриных кубиков, которыми перед отправкой нас снабдили ветераны. Как-то раз бойцы вернулись из разведки со старым ковром. Замполит брезговал, не хотел на него ложиться, на что я сказал: «Олег Васильевич, лучше какое-то время почесаться, чем отморозить почки».
Бои в итоге продолжались три дня — с 15 по 17 января, однако взломать оборону террористов никак не получалось. «Все понимали, что рано или поздно боевики пойдут на прорыв, но перекрыть все пути отхода было очень сложно, — объясняет Никишин. — Семнадцатого числа бывший командир Дзержинской дивизии внутренних войск МВД генерал-лейтенант Игорь Рубцов, исходя из своего богатого опыта, назвал место вероятного отхода Радуева. И не ошибся».
Боевики действительно решили пробиваться указанным коридором, но сперва сымитировали прорыв на другом направлении, бросив несколько десятков человек на противоположную окраину села. На выходе из Первомайского банда Радуева наткнулась на бойцов 22-й гвардейской бригады специального назначения. В том бою погиб начальник разведки 58-й армии полковник Александр Стыцина. Смертельно раненный, он занял место убитого пулеметчика и прикрывал отход бойцов.
Утром на поле боя насчитали более 60 трупов боевиков. В основном наемников: арабов, украинцев и африканцев из разных стран. Радуев улизнул — его арестовали лишь в марте 2000-го и приговорили к пожизненному лишению свободы. Спустя два с половиной года он умер от кровоизлияния в мозг в соликамской колонии особого режима «Белый лебедь».
«В Первомайском мы столкнулись с самым настоящим международным терроризмом, — говорит Никишин. — Противник был очень подготовленным, как материально, так и тактически. Полевые командиры проходили обучение в тех же советских военных училищах, что и мы, а наемники имели богатый боевой опыт. Бандиты без разговоров расстреливали тех, кто отказывался подчиняться приказам. Село в итоге восстановили, и его жители до сих пор благодарны нам за то, что мы их освободили».
В общей сложности в спецоперациях в Кизляре и Первомайском силовики уничтожили более 150 боевиков. Также погибли более десяти заложников, около 30 солдат и офицеров федеральных сил. Еще десятки участников штурма получили ранения различной степени тяжести.
Источник: РИА Новости