МОСКВА, 27 янв -. Гитлеровцы хотели в первый год войны против СССР убить голодом до 30 миллионов мирных советских граждан – об этом говорится в новых документах, опубликованных комиссией Научного совета Российского военно-исторического общества (РВИО) по изучению геноцидов и военных преступлений.
Во вторник исполняется 82 года со дня полного снятия немецко-фашистской блокады Ленинграда, считающейся одним из самых драматических событий в годы Великой Отечественной войны. Жертвами блокады, по разным данным, стали до 1,5 миллиона человек. На Нюрнбергском процессе советская сторона озвучила данные, согласно которым 97% ленинградцев в годы блокады погибли от голода, холода и болезней. Санкт-Петербургский городской суд в октябре 2022 года признал военным преступлением и геноцидом советского народа действия нацистов в период блокады Ленинграда.
Члены комиссии, руководитель научно-просветительского проекта «Цифровая история» Егор Яковлев и историк Ксения Чепикова «обнаружили, перевели на русский язык и проанализировали распоряжения Экономического штаба «Ост» и приказы вермахта, доказывающие, что разработанные в мае 1941 года директивы о тотальном ограблении советских земель, которое должно было повлечь за собой голодную смерть до 30 миллионов жителей уже осенью-зимой 1941/42 годов («План голода»), последовательно реализовывались во время войны, в частности, поздней осенью 1941 года, силами Экономического штаба «Ост» и вермахта», говорится в сообщении РВИО.
Второго мая 1941 года на совещании статс-секретарей германских министерств и ведомств в Берлине было согласовано, что «весь вермахт на третьем году войны будет снабжаться продовольствием за счет России», но при этом, «несомненно, десятки миллионов людей умрут от голода». 23 мая 1941-го «архитектор» продовольственного ограбления СССР, приближенный к главарю Третьего рейха Адольфу Гитлеру и его соратнику и пособнику Герману Герингу статс-секретарь Герберт Бакке представил «Директивы по экономической политике» («План голода»), где описывал механизм ограбления, заявляя, что «великороссы, все равно при царе или при большевиках, всегда остаются основным врагом не только Германии, но и Европы», а население СССР, «в особенности городское население, столкнется с величайшим голодом… Многие десятки миллионов людей станут лишними и умрут или вынуждены будут переселиться в Сибирь».
К тому времени для реализации этой политики уже была создана обширная структура, с началом войны получившая название «Экономическая организация «Ост». В начале июня 1941-го появились «Зеленая папка» с приказами нацистского руководства и подробными инструкциями по ограблению захваченных земель, и «Желтая папка», где основные положения «Плана голода» и соображения по его реализации доводились до руководителей среднего звена, которым на местах предстояло отбирать продовольствие у населения. С этими документами сотрудники Экономического штаба «Ост», сопровождая вермахт, 22 июня 1941 года вступили на советскую землю.
Как подчеркивает РВИО, уже первые недели войны показали, что сформулированные Бакке принципы последовательно проводятся в жизнь: в документах Экономического штаба «Ост» регулярно встречаются фразы о том, что немецкие войска и оккупационные власти, занимаясь масштабным грабежом продовольствия, не берут на себя никакой ответственности за пропитание местного населения; наоборот, в интересах вермахта и рейха, чтобы оно потребляло как можно меньше. Уже 8 июля 1941 года штаб «Ост» запретил введение в захваченных городах продовольственных карточек и прочих способов снабжения. На совещании руководства Экономической организации «Ост» 31 июля Бакке снова подчеркнул, что для снабжения советского населения (той его части, в которой оккупанты нуждались для различной работы) «предусматриваются лишь самые минимальные объемы продовольствия, поскольку основная часть собранных продуктов пойдет на снабжение вермахта и на вывоз в рейх».
Историки обнаруживают все новые доказательства геноцида, подчеркивает РВИО. Первый документ, представленный исследователями — «Особые распоряжения №27» Экономического штаба «Ост» от 26 августа 1941 года. В нем практически дословно повторяются формулировки «Плана Бакке», означавшие для подавляющего большинства жителей оккупированных советских городов голод и смерть.
«Необходимо придерживаться принципа, что немецкие органы власти и учреждения не берут на себя никакой ответственности за достаточное снабжение городского населения продовольствием… Объемы снабжения городов продовольствием принципиально определяются потребностями вермахта и рейха, которые при любых обстоятельствах являются приоритетными», — говорилось в документе.
Как пояснили в РВИО, такая политика по отношению к городским жителям проводилась в условиях, когда все продовольствие, обнаруженное при захвате городов, сразу же бралось под контроль вермахтом и оккупационными властями, находилось на охраняемых складах и могло выдаваться населению, выделяться для реализации в торговых точках или на рынках лишь по распоряжению чиновников Экономического штаба «Ост». Таким образом, горожане, в основном не имевшие приусадебных участков, оказывались полностью предоставлены злой воле оккупантов, заинтересованных в радикальном сокращении численности местного населения. На относительно регулярное снабжение продуктами могли рассчитывать лишь те, кто работал «в немецких интересах».
Второй документ — «Особые распоряжения» №44 Экономического штаба «Ост» от 4 ноября 1941 года. К этому моменту в большинстве оккупированных советских городов уже наступил голод. 4 сентября 1941-го для этих городов были установлены максимальные размеры рационов, на которые могли рассчитывать различные группы жителей. «Совершенно недостаточные для нормального питания, тем более что по факту горожане не получали даже этого количества продуктов», — отмечает РВИО.
Ко второй половине октября 1941 года информационные сводки штаба «Ост» сообщали, что все больше людей отсутствуют на рабочих местах в пятницу и понедельник, потому что предпринимают вылазки в сельскую местность, пытаясь добыть еду. «А многие рабочие — то есть даже люди, чей труд немцам нужен — «так плохо одеты и так недостаточно питаются, что под большим вопросом их трудоспособность зимой. Люди уже падают в обморок во время работы». В каком же состоянии находились дети, старики, неработающие женщины?» — подчеркивает РВИО.
Четвертого ноября 1941-го в «Особых распоряжениях» №44 Экономический штаб «Ост» снизил максимальные недельные рационы для городского населения. В переводе на дневное количество продуктов, жители, «выполняющие полезную работу», могли получать максимум около 14 грамм мяса, 14 грамм жиров, 214 грамм хлеба и 286 грамм картофеля в день. В документе специально оговаривалось, что данный рацион может быть назначен лишь самое большее для 20% жителей города. Те из них, кто был длительно занят на тяжелых производствах, могли рассчитывать дополнительно на 14 граммов мяса, 7 граммов жиров, 70 граммов хлеба и 143 грамма картофеля в день — но только при наличии соответствующих продуктов. Для более 80% горожан, «не выполняющих никакой особенной работы», немецкие власти предусматривали максимум 10 граммов жиров, 214 граммов хлеба и 286 граммов картофеля в день. Детям до 14 лет и евреям — половину указанного количества.
«Самая низкая суточная норма хлеба в блокадном Ленинграде (20 ноября – 25 декабря 1941 года) составляла 250 грамм для рабочих и 125 грамм для служащих, иждивенцев и детей. Норма, на которую жители твердо могли рассчитывать, и которая обеспечивалась неимоверными усилиями и напряжением всех сил. Население оккупированных городов на указанное в «Особых распоряжениях» №44 количество продуктов рассчитывать не могло — документ ясно говорит, что это максимальные недельные рационы, их нельзя превышать и разрешается применять только после покрытия потребностей оккупационной администрации, вермахта и рейха», — подчеркивает РВИО.
Другие документы Экономического штаба «Ост» свидетельствуют, что количество захваченного на оккупированных советских территориях продовольствия и размер собранного урожая оказались ниже, чем предполагалось в мае-июне 1941 года, и планы поставок в рейх выполнялись недостаточно. «Это значит, что голодные пайки местных жителей до установленного максимума почти никогда не дотягивали», — пояснили в РВИО.
Тем же днем, 4 ноября 1941 года, датируется третий документ — приказ Верховного командования сухопутных войск (ОКХ) о пропитании гражданского населения в районе боевых действий, изданный на основе «Особых распоряжений» №44.
Этот приказ строго запрещал передавать населению оккупированных восточных территорий продовольствие, предназначенное для снабжения войск, и предписывал провести на этот счет обстоятельную разъяснительную работу в войсках. Кроме того, в приказе говорилось, что «с помощью подходящих средств пропаганды населению должно быть разъяснено, что лишения, которые оно вынуждено терпеть, — это следствие организованных большевиками… мер по уничтожению». Как подчеркивает РВИО, подобные пассажи следует рассматривать исключительно как пропаганду оккупантов с целью снять с себя ответственность за голод и массовую смертность.
Приказ ОКХ был разослан по всем армиям и по тыловым районам гитлеровских групп армий. После этого 6 ноября 1941 года командующий 18-й армией Георг фон Кюхлер (в январе 1942-го он примет командование группой армий «Север» и будет руководить блокадой Ленинграда) издал приказ, пресекающий перемещения гражданского населения в зоне действия его армии. Приказ фон Кюхлера запрещал гражданским лицам покидать места постоянного проживания (за отдельными исключениями), лишая их, таким образом, возможности выйти из города и попытаться добыть продовольствие в сельской местности.
«Хотя на бумаге фон Кюхлер обосновывает свой запрет исключительно оперативными соображениями, он не мог не осознавать, что, запирая жителей оккупированных городов и поселений в их домах и районах, обрекает их на голодную смерть. Но это его не волнует; в тексте приказа он объясняет: «Все солдаты должны осознавать, что гражданское население в местности, где мы ведем войну, принадлежит к расово чуждому, враждебно настроенному виду»… Расистская риторика приказа ярко демонстрирует, что нацификация вермахта к осени 1941 года зашла очень далеко, а готовность командования уничтожать население оккупированных территорий обосновывалась вовсе не только военными, но и расово-идеологическими соображениями», — подчеркивает РВИО.
Источник: РИА