Вчера президент России Владимир Путин принял верительные грамоты у нескольких десятков вновь прибывших иностранных послов, в том числе из совершенно недружественных стран, по окончании чего он совершенно по-дружески сказал пару добрых негромких слов.
В частности, он напомнил причины кризиса вокруг Украины («многолетнее игнорирование справедливых интересов России и целенаправленный курс на создание угроз нашей безопасности») и призвал «к скорейшему завершению конфликта» и «устойчивому миру, надежно обеспечивающему безопасность всех и каждого» за счет «построения новой, надежной и справедливой архитектуры европейской и глобальной безопасности».
Один маленький нюанс: мы готовы к этому только при условии, что у противоположной стороны созрело «осознание этой необходимости». Если же не созреет — «Россия продолжит последовательно добиваться поставленных перед собой целей».
С одной стороны, это можно трактовать как «ребята, давайте жить дружно». С другой — это очень напоминает бережное складывание боксером любимого делового галстука после последнего предупреждения гопникам.
Когда не так давно президент Франции Макрон ни с того ни с сего заявил, что ему нужно «как можно скорее поговорить с Путиным», многие восприняли это как последствие небольшого сотрясения мозга после очередного дружеского разговора с супругой Брижит.
Когда премьер Италии Мелони сообщила, что «для Европы настало время говорить с Россией», то некоторым показалось, что кое-кому захотелось просто напомнить о себе и выгулять очередной костюм.
Но когда буквально вот-вот непреклонно-накачанный Евросоюз срочно назначил специального представителя «по переговорам с Россией», а вчера очень боевой рейхсканцлер Мерц заявил, что «Россия — европейская страна, с ней нужно найти компромисс», то стало окончательно понятно, что это «ж-ж-ж» — неспроста. И даже наша любимица Каллас в ужасе схватилась за голову и сказала, что «сейчас самое время начать пить».
Еще вчера так свежи были розы, на которых бессильно висели клочки России и ее жалкой армии, — и вот на тебе: на «Миротворце» нужно срочно делать особый, европейский раздел.
Любители научных совпадений принесли в клювике забавную новость: вчера главком ВСУ Сырский неожиданно сообщил, что у России на столе лежит план выхода к Одессе «с целью лишить Украину доступа к морю и завершить войну».
Сама по себе тема Одессы не является новой, и на первый взгляд непонятно, чего это вдруг Сырский об этом заговорил и при чем здесь обращение Путина к послам.
Буквально месяц назад американский Институт изучения войны (ISW) с облегчением рассказывал беспокоящейся европейской общественности, что «силы русских не способны накопить достаточно резервов для прорыва фронта в одном секторе без ослабления других участков», а Объединенный королевский институт по исследованию вопросов безопасности и обороны (RUSI) объявил, что «Россия терпит поражение, а Путин вступает в период максимальной опасности».
И тут параллельно с выбросом Сырского вдруг выясняется, что западные эксперты якобы узнали о существовании у России отдельной боеготовой и укомплектованной армии, специально заточенной на «возвращение Черноморского побережья», причем модус операнди у этой армии будет совершенно другой по сравнению с практически гуманным освобождением Донбасса. Даже при самом неблагоприятном сценарии на освобождение Одессы отводится год-полтора.
Интересно, что с самого начала СВО взгляды западных военных и аналитиков были прикованы именно к Одессе самым пристальным образом. Если кратко, то освобождение «южного перекрестка Новороссии» может не только радикально поменять результат конфликта, но и в корне переформатировать всю конфигурацию НАТО в Европе.
При реализации данного сценария Украина по умолчанию превращается из ядовитого земноводного в совершенно сухопутно-шипящее образование, а Россия значительно укрепит свои позиции во всем регионе и заставит европейцев навсегда забыть о планах создания в Одесской области военного хаба — под «зонтиком» НАТО или без. Кроме того, украинская экономика лишится минимум 30 процентов всех доходов и ее уже будет невозможно оживить при любом раскладе.
Именно поэтому западные нехалявщики — партнеры Киева так забегали с предложениями «срочно поговорить». Еще в июле прошлого года британский мозговой центр Chatham House в докладе «Российская черноморская политика» обозначил основную задачу «желающих»: «Главная задача обеспечения безопасности (для Европы) — сделать все, чтобы Украина сохранила контроль над Одессой и прилегающей береговой линией».
Американский аналитический центр Stratfor спрогнозировал, что «2026 год может стать переломным моментом в конфликте на Украине, предоставив России наиболее благоприятную возможность для заключения сделки, которая закрепит ее территориальные приобретения».
Масштаб этих «приобретений» сейчас целиком и полностью зависит от киевской шарашки и их спонсоров. По словам Путина, «мирное урегулирование конфликта на Украине должно быть достигнуто чем скорее, тем лучше», то есть время для дипломатии истекает, после чего возвращение памятника Екатерине Великой на место становится лишь вопросом времени.
Источник: РИА Новости