МОСКВА, 1 июн — , Сергей Проскурин. Православные отмечают день памяти святого Дмитрия Донского. Его имя связано с одним из ключевых событий русской истории — Куликовской битвой. Казалось бы, об этом сражении все давно известно. В действительности же белых пятен еще хватает.
Нередко историки приступают к изучению обстоятельств Куликовской битвы с вовсе немыслимого предположения: «А что, если 8 сентября 1380 года сражения на самом деле не было?» Сомневаются вполне обоснованно, ведь свидетельств о событиях той эпохи крайне мало.
Обычно опираются на четыре источника: «Сказание о Мамаевом побоище», «Летописную повесть о Куликовской битве» в двух вариантах и «Задонщину». Все созданы спустя пару десятков лет после сражения.
Вся надежда на археологов. Но и тут скептикам есть где позлословить. Казалось бы, легендарное поле должно кишеть артефактами XIV столетия. Но находок не так уж и много. И все равно сомнения постепенно развеиваются — в последние годы на помощь пришли современные технологии.
«Ландшафт местности сильно изменился по сравнению с тем, каким он был в XIV-XVI веках. Тогда здесь было дикое поле. Но позднее пришли казаки, крепостные крестьяне и начали нещадно рубить деревья, распахивать землю. Лесостепь — зона прихотливая: если вырубить лес, сам он не вырастет. А восстановление займет много лет», — пояснял заместитель директора по науке Государственного военно-исторического и природного музея-заповедника «Куликово поле» Андрей Наумов.
То же касается и единственного географического ориентира битвы — точки слияния Дона и Непрядвы. Еще в начале ХХ столетия их разделяла узкая коса. В десятых-двадцатых годах прошлого века Дон сильно разлился, вместо косы образовалась серия островков. Так что исторически Непрядва впадала в Дон совсем в другом месте.
Эти обстоятельства и объясняют отсутствие археологических находок. Ведь многие десятилетия копали не там.
«Четверть века палеогеографы из Института географии РАН трудились над реконструкцией ландшафта Куликова поля, — рассказал Наумов. — Установили, где была степь, где участки леса, где могло происходить сражение, а где нет. А еще выяснили, что к югу от места слияния рек есть небольшой степной коридор шириной в пару километров, где вполне могла состояться битва».
Эта местность соответствует возможностям военной тактики по нескольким критериям. Прежде всего, удобно обороняться: с одной стороны овраг, с другой — река Смолка (приток Дона). Поэтому раскопки начали именно здесь.
Только вот в окрестностях не нашли человеческих костей. А оставить павших без погребения — не по-христиански, вновь возразили бы скептики. Особенно для сознания человека XIV века.
«Возможно, воинов хоронили как «заложных покойников»: вырыли пару десятков неглубоких могил — по числу русских полков. Вероятно, позже собирались перезахоронить, но почему-то этого не сделали. И со временем останки истлели. К сожалению, мы уже никак не отличим братские могилы от окружающего фона», — рассуждал Андрей Наумов.
Правда, надежда есть. Не исключено, что в скором времени появится методика, позволяющая выделить ДНК из состава почвы.
Братские могилы рядовых воинов превратились в прах. А что же тогда случилось с погребениями знати, которые были помпезнее и богаче? Известно, что в битве сложили голову как минимум 500 бояр.
«Среди находок на месте сражения поразительно много энколпионов — крестов-мощевиков. Эти ювелирные изделия в то время считались почти бесценными, ведь внутри них — частица святых мощей. Кто мог носить такие медальоны? Князья, бояре, воеводы, старшие дружинники. А значит, их тут было достаточное количество», — говорит директор музейного комплекса «Куликово поле» в Моховом Олег Вронский.
Впрочем, о пристанище как минимум двух участников легендарной битвы историкам известно. В московском Симоновом монастыре находится могила схимонахов Александра Пересвета и Андрея Осляби.
В «Сказании о Мамаевом побоище», написанном не ранее XV века, повествуется, как преподобный Сергий Радонежский дал князю Дмитрию Донскому двух иноков для воодушевления войска. Оба они погибли: Пересвет — в поединке против ордынца Челубея, Ослябя — в разгар сражения.
Однако исследователи сомневаются в историчности этого сюжета. По словам Андрея Наумова, достоверно известно лишь то, что иноки — реальные персонажи. Судя по имеющимся летописям, они были выходцами из брянских бояр и поступили на службу к Дмитрию Донскому.
Об остальном ученые спорят. Например, есть сомнение, что Пересвет и Ослябя погибли на Куликовом поле. В синодике (поминальном списке павших) указан лишь первый. Второй, логично предположить, выжил. Кроме того, схимонах с таким же именем упоминается в документах конца XIV века в числе свиты митрополита Киевского Киприана.
Некоторые исследователи подвергают сомнению и факт встречи Дмитрия Донского с преподобным Сергием. Считают, что благословение на битву князь получил заочно.
В ранних летописях об этой встрече ничего не говорится. Сюжет появляется в «Сказании о Мамаевом побоище» и в «Житии Сергия Радонежского», составленных приблизительно в первой трети XV века.
К тому же в рассказах много нестыковок — главным образом хронологических. Историки полагают, что князь попросту не успел бы в столь короткий срок приехать за благословением в лавру, а затем вернуться к войску. Большинство сходится в предположении, что встреча состоялась двумя годами ранее — в 1378-м, когда Донской готовился к битве на реке Воже.
Это сражение часто называют репетицией Куликова поля — именно тогда русские впервые победили золотоордынцев. Возможно, впоследствии эти события сплелись в источниках в единое повествование.
Этот и многие другие сюжеты, вероятно, так и останутся предметом научных дискуссий. Но эксперты шаг за шагом движутся к новым ответам. Хотя достоверно пока ничего не утверждают, ведь территория Куликова поля сейчас исследована всего на десять процентов.
Источник: РИА