МОСКВА, 21 фев , Анастасия Савенкова. Подкрадывалась сзади и перерезала горло — весной 2002-го в Москве появился серийник. Следователи искали мужчину крепкого телосложения. Но, к их удивлению, маньяком оказалась девушка. Как ее нашли и почему она убивала — в материале.
В марте 2002-го на остановке возле станции метро «Зюзино» жестоко расправились с молодым парнем — Игорем Каморниковым. Очевидцы сообщили: человек в спортивном костюме напал на него сзади и перерезал горло. Причем задержался на месте преступления, чтобы посмотреть на мучительную смерть жертвы.
Через несколько недель неподалеку, на улице Сивашской, таким же способом убили пенсионера Николая Жабина. Затем в течение месяца — еще три покушения на мужчин разного возраста в том же районе Зюзино. Пострадавшим удалось выжить.
Они сообщили: преступник — высокая красивая девушка. Оперативники не очень этому поверили. Продолжали искать мужчину. Создали специальный штаб.
Однажды вечером стажер следственной группы, патрулируя район, где орудовал маньяк, уронил окурок сигареты и, наклонившись за ним, заметил проходившую мимо девушку в кроссовках со следами крови. Решил проследить за ней до квартиры.
Доложил руководству, девушку задержали.
Двадатичетырехлетняя Мария Петрова преподавала физкультуру в техникуме, подрабатывала фитнес-тренером. Спортсменка. Перерезать кому-нибудь горло вполне способна.
Конечно, от всего открещивалась. Однако следователь МУР Дмитрий Миронов сумел установить с ней психологический контакт. И она призналась в двух убийствах, а также трех покушениях.
«Мария росла в обычной советской семье. Отец — тренер по плаванию, мать — домохозяйка. Старший брат тоже занимался спортом. Никаких отклонений у девочки не было. Как и другие, играла в куклы, общалась со сверстниками, хорошо училась», — вспоминает Миронов в беседе с.
Повзрослела, появились поклонники. Мария иногда ходила на свидания. Но это вызывало большие скандалы в семье.
Мать могла ее оскорбить, даже ударить. Грозилась поставить на учет в милицию как проститутку. Отец не вмешивался, но супругу в целом поддерживал.
Во время очередного скандала у Марии случился нервный срыв — набросилась на мать с кулаками. Та вызвала санитаров. Девушку на месяц отправили на принудительное лечение в психиатрическую больницу, а затем поставили на учет в психоневрологический диспансер с диагнозом «шизотипическое расстройство».
«Это и послужило стартом формирования ее как убийцы», — считает бывший следователь.
Состояние Марии после лечения не улучшилось. Наоборот, возникла тяга к крайней жестокости. Как-то вышла погулять с собакой и на улице изрезала ее ножом.
Несмотря на психическое заболевание, девушка знакомилась с молодыми людьми, посещала кафе и рестораны. Дома по-прежнему скандалили.
Как-то она встретила приятельницу с ее парнем. Они пригласили в гости, организовали застолье.
И ей в алкоголь подсыпали клофелин. Утром Мария проснулась полностью обнаженной. Поняла: ее изнасиловали. Обращаться в милицию не стала. И даже несколько раз потом виделась с ними.
В техникуме, где она работала, ей проходу не давал старший преподаватель физкультуры. Приставал, особенно в подпитии. Даже заглядывал в женскую душевую.
На следствии Петрова оправдывалась в том числе домогательствами физрука. Говорила, отпор дать ему не могла — боялась, что уволят. Еще и мать постоянно запугивала: «Выгонят с работы — сдам в психушку». Вот и срывала зло на прохожих.
Но фантазии об убийствах у нее появились задолго до этого.
«Несколько лет она в своих мечтах бегала с ножом по <…> району», — рассказывает ветеран МУР.
«Зюзинская маньячка» воплотила мечты в реальность. На тренировки в спортивном зале брала с собой нож и отлучалась на 20-40 минут якобы на пробежку.
Миронов считает, что приставания мужчин как мотив убийств — это для суда, якобы смягчающее обстоятельство. На самом деле Петрова получала удовольствие от расправ.
Перед задержанием она совершила последнее нападение — недалеко от метро «Нахимовский проспект». Понимала, что ее ищут. Поэтому сменила район. Не помогло — ее взяли в ванной комнате, когда она отмывала окровавленный нож.
Было несколько психиатрических экспертиз. Петрова просилась в колонию — надеялась стать там авторитетом. Но суд признал ее невменяемой и назначил бессрочное принудительное лечение в Московской психиатрической больнице № 5.
Петрова дважды пыталась сбежать — чтобы найти следователя Миронова и отомстить.
Периодически ее отправляли в Казань, в психиатрический стационар с интенсивным наблюдением: то за конфликты с другими пациентами, то за агрессивное поведение.
В 2018-м перевели на общий режим «с учетом улучшений и отсутствия агрессии». Петрова старалась вести себя примерно. Даже устроила спартакиаду среди пациентов. Но в 2024-м снова поступили жалобы, и опять понадобилось интенсивное лечение.
Тем не менее «зюзинская маньячка» не теряет надежды выйти на свободу. Задумывается о семье и детях. Хотя с родителями практически не общается. Ее навещал только отец. Мать она к себе не пускает.
Сейчас Петровой 47 лет. Отпустят ли ее когда-нибудь — неизвестно. Для этого требуется разрешение специальной медицинской комиссии.
Источник: РИА